ПОЗНАВАТЕЛЬНО-РАЗВЛЕКАТЕЛЬНЫЙ САЙТ

KERCH.NAME

ЮЖНЫЕ ВОРОТА РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ

Архитектурный облик Керчи в 1820-1856 годах


Керчь во время Крымской войны


 

Керчь во время Крымской войны

Май 1855 г. — Захват англо-французскими интервентами Керчи.

Десантное войско … под главным начальством английского генерала сэра Джорджа Брауна, овладевши почти беззащитным городом неприятеля, в первые дни предалось самому позорному вандальству, грабили и разоряли частные дома и публичные здания, наносили всевозможные оскорбления оставшимся жителям, не различая ни пола, ни возраста… Можно смело сказать, что таких варварств, какие совершались в ту пору в Керчи, не производила ни одна европейская армия со времен Тридцатилетней войны… Керчь оставалась во владении неприятеля более года и возвращена России 10 июня 1856 года, по заключении Парижского трактата. При приеме оказалось, что из числа 1562 домов, считавшихся в Керчи, было сколь-нибудь годных к жительству только 380, остальные же или разрушены до основания или значительно повреждены и наполнены до самого нельзя навозом и нечистотами.

Городские поселения в Российской империи. СПб, 1864, т. 4, с. 784.

Апрель 1855 г. — Из сообщения И. Воронова о разграблении Керчи англо-французскими интервентами в Крымской войне 1853-1856 гг.

В апреле 1855 г., вскоре после Пасхи, в море перед керченскими батареями появились три французских легких парохода, которые, сделав в течение одного дня промеры, к вечеру скрылись за горизонтом. Через два дня, рано утром, в гарнизоне защитников батарей забили тревогу, так как заметили облака дыма, видневшиеся возле Таклинского маяка, расположенного на возвышенном берегу Черного моря, в расстоянии 20 миль от прибрежья наших батарей. День был ясный, солнечный, так что любопытная публика отчетливо видела, как вражеский флот приближался к батареям, и суда его, становясь на якорь, образовали собою полукруг, обнаживший собою береговую оборону. Не прошло и часу, как неприятельские суда открыли огонь по батареям, и в начале еще не пристрелявшись, многие снаряды давали перелет через укрепления, ложась в тылу их — на высотах, где собиралась любопытная публика. Особенно грозными оказались для публики две французские паровые лодки, которые быстро выскочили из неприятельской боевой линии, и, приближаясь к батареям, на ходу открыли огонь из ланкастерских орудий. Наша артиллерия, хотя и усердно отвечала своими орудиями, но снаряды на значительное расстояние не долетали до неприятельских судов, а те две канонерки, которые приближались к батареям, обсыпались нашими снарядами, но неуспешно, так как последние ложились вокруг лодок, не нанося им вреда.

Обстреливание батарей орудиями неприятельского флота продолжались два дня, в течение которых по батареям был нанесен большой вред и немало подбито орудий; в то же время противник успел разрушить бон, заграждавший собою проход из Черного моря в Керченскую бухту. Одновременно с бомбардированием батарей неприятель начал делать высадку десанта на берегу Камыш-Бурунской бухты, лежащей в четырех верстах к западу от наших укреплений, с тем, чтобы обойти город и крепость и тем облегчить взятие их. Такое намерение неприятеля побудило командующего нашим гарнизоном генерала Врангеля к поспешному отступлению из Керчи по дороге к Феодосии; гарнизон же наш состоял из 4-х батальонов пехоты, 2-х казачьих полков с конною батареею, артиллерийской прислуги при орудиях батарей. За Врангелем потянулось все начальство укреплений, так что неприятелю представлялась возможность овладеть нашими батареями со стороны моря, но он еще не знал об отступлении гарнизона и потому не мог на это решиться. Врангель же, отойдя от Керчи на 15 верст, о чем татары давали знать неприятелю, который вследствие этого два раза подвергнул город бомбардированию со своих судов, проникших в Керченскую бухту. Что касается керченских горожан, то они, натерпевшись страху в первый день открытия неприятельского огня и видя суету и растерянность Врангеля, пришли к сознанию своей беззащитности и возможности потерять движимое имущество; поэтому, не заботясь о домах, кто таковыми владел, — начали спешно собирать свой скарб, часть которого замуровали в подвалах, а что можно захватывали с собою, чтобы по возможности поспешно бежать (бегство было затруднено отсутствием фургонов и подвод). По оставлении Керчи нашими войсками и жителями, неприятель двинул в нее свой десант, который состоял из французов, англичан и турок; вместе с этим появились в водах Керченской бухты его паровые суда, которые несколько опередили занятие города своими войсками и начали бомбардировку прибрежных городских зданий, большей частью хлебных магазинов, которые были ими сильно повреждены, или сожжены, так что хранившееся в них зерно попорчено, а вдобавок к этому, неприятель, заняв город, портил хлебные склады поливкой товара известью.

Заняв Керчь, неприятель часть своих судов направил в Азовское море для соответствующего там хозяйничанья. В городе главным начальником был английский адмирал и в подчинении французский генерал и турецкий паша: первые два были главными распорядителями по управлению войсками и городом, а паша лишь наблюдал за своею воинскою ордою. Дисциплина по отношению к жителям была весьма строгая, и за малейшее неповиновение властям виновные заключались в особые городские или суровые карцеры с ограниченным в них пищевым довольствием.

Несмотря на строгость и благонамеренное желание сохранить в Керчи спокойствие, последнее было нередко нарушаемо солдатами турецких войск, которые с присущим этому народу зверством и ненавистью к гяурам занимались ночными грабежами имущества не только в жилых помещениях жителей, но и в замурованных подвалах, если же попытки к грабежу встречали препятствие, то злодеи делали поджоги и даже убивали лиц, им помешавших.

Окрестности Керчи и возвышающаяся над ним гора Митридат богата могилами и курганами, подземными катакомбами, скрывающими в недрах прахи знатных с редкостными их дорогими украшениями, воинскими доспехами, облачениями, монетами и предметами культа и домашнего обихода. Все это было известно как в России, так и за границей; однако раскопки описанных редкостей русскими археологами производились не особенно прилежно и весьма медленно, и до 1855 года ко многим могилам и курганам русская лопата еще не прикоснулась, что дало неприятелю возможность в течение короткого пребывания в Керчи заняться тщательными раскопками и добыть немало редчайших и ценных находок, увезенных ими с собою, которые ныне хранятся в музее Парижа. Между тем до Крымской войны французы усиленно хлопотали о предоставлении им права делать раскопки керченских древностей на известных условиях, с ежегодною за это платою в нашу казну значительной арендной суммы. Такое предложение было признано неприемлемым, и французы, как бы в отместку за это, воспользовались оккупацией Керчи, поспешно занялись раскопками керченских древностей и приобрели даром то, за что раньше добровольно соглашались платить…

Сообщил Ив. Воронов.

Русская старина, 1908, май, с. 415-421. Документы воспроизведены по тексту книги «Керчь. Документы и материалы по истории города. Симферополь. Редотдел Крымского комитета по печати, 1993.

..

e-mail: admin@kerch.name

НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ САЙТА

5485 | 2